Шестидесятые годы в отечественной философии начинает активно разрабатываться аксиология учение о ценностях, о формах ценностного освоения человеком мира (от греческого слова аксиа ценность). Активную роль в разработке данного, третьего, структурного подразделения философии сыграли такие философы как В. П. Тугаринов, О. Г. Дробницкий, В. А. Василенко, В. Ф. Сержантов, А. Т. Москаленко, А. А. Ивин, И. Нарский и другие. Если И. Нарский разделял категории ценности и полезности, относя к содержанию категории ценности только социальные идеалы, то уже А. Т. Москаленко, В. Ф. Сержантов указывали, что представление о системах ценностей будет неадекватным, если не учитывать, что ее «существенный компонент образуют материальных ценности», принимающие «вид орудий и средств потребления» [А. Т. Москаленко, В. Ф. Сержантов, 1984; И. Нарский, 1984]. В моих работах 1987-1994 гг. аксиология вошла неотъемлемой частью в философию качества, теорию качества и квалиметрию [А. И. Субетто, 1987, 1991, 1994].
Отечественная философия советского периода, исходящая из диалектического материализма как базиса марксистской философии, считала, что «диалектический материализм критически переосмыслил философскую борьбу вокруг науки и показал, что проблема онтологии не имела и не имеет самостоятельного значения, что нельзя останавливаться на абстрактной паре «бытие» и «мышление», пусть даже рассмотренных в их взаимодействии и единстве» [«Онтология», 1967, с. 142]. Поэтому отечественная философия развивалась при примате гносеологизма. Она приняла форму гносеологической философии на основе ленинского принципа совпадения (единства) диалектики, логики и теории познания. Возник принцип примата гносеологии, в котором основным вопросом философии считался вопрос соотношения сознания и бытия (что первично: сознание или бытие?). В этих рамках возникало двухчастное представление о структуре философии как единства двух составляющих онтологии и гносеологии. На базе данного представления В. М. Розин предложил два типа синтеза знаний в науке онтологический и методологический [«Познание и проектирование», 1985].
Еще в конце XVIII века по Вольфу философия трактовалась как метафизика, состоящая из 4-х основных разделов: онтологии, теологии, космологии и психологии.
Взгляд на структуру философии как единого комплекса научных знаний, обеспечивающих синтез единой картины мира, за последние 200 лет претерпели значительную эволюцию.
«Революция неклассичности», в том числе Синтетическая Цивилизационная Революция, имеет своей направленностью преодоление сложившего либерального утопизма в форме социально-атомарной модели общества и теоретического дискурса на базе этой модели.
Но как я показал, такая форма социальной и экономической либеральной ментальности оказалась под «критикой» сущностных сил Бытия, не подчиненных человеку, гомеостатических механизмов Биосферы и Земли как суперорганизмов. «Либерал» (и социальный, и экономический) неожиданно столкнулся с «организационными силами» природы, не принимающими деструктивный характер для Природы рыночно-капиталистических, либеральных форм хозяйствования. В этом драма и трагедия современной ментальности рыночно-капиталистической цивилизации Запада, а вместе с этой драмой и трагедией ментальности Запада драма и трагедия общественных наук, а в их системе драма и трагедия экономической науки в ее либерально-рыночной парадигме, нашедшей наиболее полное завершение (в своей логике) в монетаризме (у истоков которого стоит М. Фридман).
Данный императив обращен и к экономической науке. Но именно экономический либерализм «воюет» на протяжении XX века с марксизмом по этому вопросу, считая, что человек не должен вмешиваться в ход Истории, уповая на Божественный Логос, т.е. Бога, как на единственного субъекта Истории (в соответствии с христианской эсхатологией). М. Фридман, Ф. А. Хайек, Дж. Тойнби, З. Бжезинский и другие мыслители либерального направления отвергают сам принцип возможности не только управления Историей (без которого невозможно управление социоприродной эволюцией и значит реализация императива выживаемости человечества в XXI веке), но и управление социально-экономическими процессами на уровне государства. Либеральный принцип свободы противостоит принципу управляемости. При этом принцип индивидуальной свободы по Ф. А. Хайеку базируется на невежестве. «Ценность индивидуальной свободы основана, прежде всего, на признании неизбежного нашего невежества, т.е. того, что наибольшее число факторов, от которых зависит реализация наших целей, нам неизвестно. Свобода имеет смысл только тогда, когда есть место непредсказуемому. Именно из принципиальной неопределенности возникают возможности для достижения наших целей. Любой из нас знает, в сущности немного, поэтому мы обязаны доверять множеству оспаривающих друг друга независимых сил. Так появляется на свет то, что мы в действительности хотели, то, о чем прежде рождения мы знать не могли», — пишет Фридрих А. Хайек (1999, с. 48) (выдел. мною, С. А.). Итак, да здравствует неведение, да здравствует хаос, да здравствует стихийно-рыночные силы развития, которым мы должны довериться ради сохранения своей индивидуальной свободы. Доверься «множеству оспаривающих друг друга независимых сил» и ты сохранишь свободу и снимешь с себя ответственность за будущее! Ведь «не ведаем, что творим ».Либералы культивируют «бессознательное Истории» (по Гегелю), для того, чтобы не отвечать за социальный выбор, экономическое развитие, за последствия от ошибок.
Следует согласиться с Р. С. Карпинской, И. К. Лисеевым, А. П. Огурцовым в их оценке, что на протяжении веков истории описательные и объясняющие функции науки казались в основном достаточными. «Рекомендательная, т.е. ведущая к управлению, роль стала значительной и особенно ценимой лишь с середины нашего века и даже позже» (выдел. мною, С. А.) [Р. С. Карпинская и др., 1995, с. 82]. Однако, здесь только намечен тезис о науке как об управляющей силе, который требует своей фундаментальной развернутости, как части содержания Тотальной неклассичности будущего бытия человечества. Управляемость как «стержневое» понятие императива выживаемости человечества в XXI веке не укореняется в Бытии, если наука, как центральной компонент общественного интеллекта, не превращается в силу управления. При этом, имеется в виду не управление на уровне частных субъектов, а именно на уровне отдельных обществ в целом и человечества в целом, на уровне Истории человечества. Вопрос о превращении науки в силу управления Историей впервые научно раскрыт Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом. Неслучайно, Роже Гароди обращает наше внимание на то, что Маркс был первым, кто управление будущим пытался поставить на научную основу, т.е. закрепить за обществом и наукой (которой это общество вооружено) прерогативу исторической инициативы [«Роже Гароди », 1990].
Р. С. Карпинская ставит вопрос о взаимопереходах онтологической человекоразмерности в человекоразмерную онтологию, и наоборот [Карпинская Р. С. и др., 1995, с. 97]. Иными словами, если воспользоваться этими понятиями Р. С. Карпинской, то новый, неклассический человекоцентризм Бытия есть такая человекоразмерная онтология, в которой только и только реализуется управляемая социоприродная эволюция. Это означает, что принцип управляемости становится ведущим принципом Неклассичности, приобретая, в свою очередь, неклассическое содержание в результате взаимодействия с расширенной системой «принципов Дополнительности или Дополнения», Антропных принципов, с принципом единства Истины, Добра и Красоты.
Центральным местом в Тотальной Неклассичности выступает новый человекоцентризм Бытия, в котором человек начинает нести Ответственность за динамику социоприродной гармонии, берет на себя Ответственность за управление этой динамикой.
Категория Неклассичности претерпевает бурную эволюцию. Меняется само содержание неклассичности. Возникнув как символ революции в основаниях физики, в первую очередь связанный с принципом дополнительности Н. Бора, затем с Космологическими Антропными принципами, с синергетикой, категория Неклассичности всем больше приобретает содержание происходящей революции в основаниях цивилизационного развития, в основаниях человеческого Бытия как такового.
Иными словами, неклассическая экономическая наука должна опираться на Неклассическую философию.
Философия экономики и экономической науки должна быть сама построена корректно, т.е. с учетом той «революции Неклассичности», которая происходит и которая направлена на становление Тотальной Неклассичности будущего бытия человечества , которая и есть управляемая социоприродная (и, следовательно, и социально-экономическая) эволюция на базе общественного интеллекта и образовательного общества [А. И. Субетто, 1994-2000]. Атрибут «тотальная» имеет здесь смысл, связанный со свойством всеобщности «неклассичности». Она становится характеристикой всех сфер человеческого Бытия, в том числе науки, философии, культуры, искусства, экономики, социума, и, наконец, самого человека.
Взаимодействие экономических систем странового уровня с императивами БЛСЭ навязывает экономическому развитию стран мира и человечества в целом императивы, обращенные к экономике, - императивы экологического обобществления собственности, капитала и управления, мобилизации экономических ресурсов, управления ресурсами, усиления планово-управляющего начала, причем не столько на тактическом, сколько на стратегическом горизонтах упреждения. В этих условиях философская рефлексия не затрагивающая проблем экономической и социальной онтологии обречена на «поражение», т.е. на свою неадекватность императивам БЛСЭ.
«Диктатура лимитов природы» [Казначеев, 1996] есть другое выражение наступивших Пределов прежним основаниям Внутренней Логики Социального Развития (ВЛСР), т.е. Пределов рыночно-капиталистической, «стихийной», либеральной логике развития человечества. Это означает, что экономика перестала быть самодостаточной экономикой, как она привычно трактуется в парадигме западной теоретико-экономической мысли, «экономикой-для-себя» (или «внутри себя»), становится экологически открытой и соответственно экологически зависимой экономикой, вынужденной развиваться в пространстве тотального воздействия императивов Большой Логики Социоприродной Эволюции (БЛСЭ).
В первой статье показано, что научная позиция во взгляде на будущее человечества в настоящее время формируется в диалектике двух Логик с большой буквы Внутренней Логики Социального Развития (ВЛСР) и Большой Логики Социоприродной Эволюции (БЛСЭ). Особенность исторического момента состоит в том, что в отличие от всей Истории от ее начала и до начала ХХ века, для которой вопрос о выживании человечества как целого не стоял и доминирующей была ВЛСР, ХХ век как век энергетической цивилизации и одновременно энергетического скачка в мирохозяйствовании поставил вопрос экологического выживания человечества на передний план. По В. П. Казначееву сформировалась «диктатура лимитов природы» [В. П. Казначеев, 1996], которая в нашей оценке, формирует экологическую тотальность логики императивов по отношению к социально-экономическому развитию любых человеческих обществ на Земле и человечества в целом. Сама «диктатура лимитов природы» в конце ХХ века реализуется в контексте первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы в моей оценке (ее содержание, логика развития, концептуальные выводы рассмотрены мною в ряде монографий последнего десятилетия), что явилось отражением наступивших Пределов всем прежним основаниям, системам ценностей и механизмам цивилизационного развития, а значит, — и механизмам социального и экономического развития человечества [А. И. Субетто, 1994, 1997, 1999, 2000; С. И. Григорьев, А. И. Субетто, 2000].
Возникает вопрос: на каких основаниях строить такую рефлексию? Ответ на этот вопрос лежит за «пределами» «вкусовой» логики, которая всегда приводит к плюрализму и к полипарадигмальности с известным афоризмом: «О вкусах не спорят». Поэтому и образуется научно — «тусовочная» логика апелляции к плюрализму как логика претензии философствовать так как хочется, а вернее как диктуют экономические интересы апологетирования существующего строя.
Как было показано ранее, философская рефлексия над проблемами экономики и экономической науки в конце ХХ века требует в свою очередь методологической рефлексии внутри себя! Рефлексия над методом философско-экономической рефлексии!
Введение в философию экономики и экономической науки. На базе какой философии формировать философию экономики и экономической науки?
Академия Тринитаризма -- Дискуссии -- Наука -- Субетто А И -- Введение в философию экономики и экономической науки На базе какой философии формировать философию экономики и экономической науки
Комментариев нет:
Отправить комментарий